В ночь с 6 на 7 февраля 2026 года, епископ Великолукский и Невельский Варнава совершил ночную Божественную Литургию в храме "Милостивой" иконы Божией Матери деревни Вехно Новоржевского церковного округа Великолукской епархии.
После богослужения владыка Варнава поздравил причастников с принятием Святых Тайн и обратился к молящимся с Архипастырским словом в память блаженной Ксении Петербургской и святителя Григория Богослова.
"Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Дорогие братья, дорогие сёстры!
Всех сердечно поздравляем с принятием Святых Христовых Тайн Господних, с памятью Святителя Григория Богослова, Блаженной Матери нашей Ксении Петербургской.
Мы знаем слово святых, что человек, который любит другого человека, живёт уже не своей жизнью, но жизнью возлюбленного.
Мы знаем подтверждения этих слов в жизни апостола Павла, который говорит, что уже не я живу, но живёт во мне Христос. И вот удивительным образом эти слова апостола Павла исполнились на жизни и житии блаженной Ксении Петербургской.
Нет, конечно, такого человека в мире, который бы не знал бы имя Блаженной Ксении.
Потому что удивительна её жизнь. Мы знаем, что умер её супруг, внезапно умер, внезапная кончина. И он не смог причаститься, быть напутствован святыми Тайнами Христовыми Вот блаженная матушка Ксения, переживая за его участь, за его судьбу и,может быть, какие-то ещё были сокровенные причины, которые нам ннеизвестны, берёт и в один час говорит: Ксения умерла, а жив Андрей Фёдорович.
И поэтому действительно она "умерла", но жила жизнью своего возлюбленного и тех людей потом уже, которых она встречала.
Вот таким образом исполнились слова на ней апостола Павла. Который также нам говорит о том, что немудрое Господь избрал, а, оказывается, безумное в глазах всего мира. Мы знаем, как блаженная матушка Ксения помогала в разные времена.
И в то время, в которое она жила, и после этого.
Вот знаем отца Валентина Бирюкова, который в конце жизни принял монашество - ирмонах Иосиф. Он свидетельствовал, что когда он был тогда под Ленинградом, и оказался в госпитале, должна была быть проведена операция.
Понятно, что они были вшивые, холодные, голодные. И в этот момент, когда он лежал в палате, он увидел какую-то, как он говорит, монашенку. Она проходила, подходила к бойцам, раненым и давала то, что похоже на толчёную картошку. Но когда к нему подошла и он вкусил это, понял, что это как топлёное масло, о котором они даже мечтать не могли во время войны.
И разлилась по его телу сила, и он почувствовал прилив жизни. И уже после операции он спрашивал у медсестры: «А что здесь за монахиня, которая тоже помогала и помогает вам?» И она так отмахнулась от него, как будто это какой-то пустяк, как будто это что-то само собой разумеющееся:
А это Ксенияна, здесь часто помогает и появляется.
Вот так она помогала в годы войны нашим бойцам. И, конечно, мы верим, что помогает и сейчас блаженная матушка Ксения. И поэтому попросим, чтобы мы как-то раскрыли бы эту тайну любви, которая жертвует своей жизнью здесь уже. Вы представляете, как?
Она ведь действительно во всех смыслах умерла - и в социальном, и в любом другом человеческом, потому что на неё смотрели, как на безумную. И даже дети, которые, не зная, к сожалению, бросали даже в неё камни. Но потом только обнаружился её тайный подвиг и что это, оказывается великий Божий человек.
А Божий человек именно потому, что явил такую меру любви, которая нам и не снилась, и не может даже прийти на ум, если опять же выражаться словами апостола Павла.
Вот такая наша Ксения. Вот так она нас учит любить другого человека, чтобы забывать себя, чтобы помнить о другом и жить действительно жизнью возлюбленного.
Дай Бог, чтобы в наших семьях вот эта любовь, она бы была и наслаждалась.
Потому что мы знаем, что родители, собственно, являют свою любовь к детям, потому что они уже живут заботами детей своих. Муж живёт жизнью своей супруги, супруга живёт жизнью своего мужа.
Это отчасти реализуется. То же самое и в монастыре, когда мы предпочитаем волю нашего брата своей воле или волю нашей сестры. Вот то же самое!
И дай Бог, чтобы вот этот пример как-то бы нас вдохновлял, чтобы мы утесняли себя. Забывали себя, помнили бы о другом.
И тогда Господь - мы увидим на своей личной жизни - как он помнит о нас. Какую любовь он являет к нам, к тем, кто забывает себя и помнит о других. Поэтому ещё раз и ещё раз будем прославлять блаженную нашу матушку Ксению.
Что удивительно. Представьте: Петербург, столица, где всё чётко, геометрически выверенные улицы, проспекты, просвещение. Такая столица разума.
И вдруг в ней является та, которая показывает и противопоставляет вот этой рациональности Петербурга иррациональность совсем иного порядка.
Непостижимую иррациональность любви, которая забывает себя, а помнит о другом. Будем помнить об этом, дорогие.
И пусть это нам поможет на пути монашеском, на пути семейном, на пути каждого человека.
Вот в жизни Горчакова, канцлера, который, может быть, принёс победы России не меньше, чем какие-то военачальники, он получив большую золотую медаль, отдал её другому, который не мог бы получить.
Эта золотая медаль была путёвка в жизнь в то царское время. Вот это есть благородство души.
Дай Бог, чтобы вот эта уязвлённость любви ко Христу, к нашему ближнему, она порождала подобные поступки, подобные действия.
Где действительно ты хочешь поддержать другого - забыть себя совсем, ну хотя бы отчасти.
Ещё раз ещё раз всех поздравляю с памятью матушки Ксении, Святителя Григория и всех святых, которые просияли и которого и которых церковь почитает и прославляет в эти дни.
Поблагодарим Господа за принятие Святых Животворящих Тайн.
Слава тебе, Боже, слава тебе, Боже, слава Тебе, Боже!"
