В Русаново, где строят храм -

Московский Патриархат
Псковская Митрополия

По благословению
Преосвященнейшего Сергия,
епископа Великолукского и Невельского
Официальный сайт

В Русаново, где строят храм

Опубликовано 3 мая 2019 г. - 127 просмотров В Русаново, где строят храм

Было время – рушили у нас в деревнях храмы и строили вместо них клубы. Пришло время – рухнули клубы. Сами, из-за отсутствия финансирования. Как, например, в деревне Русаново, где несколько лет назад приказало долго жить построенное в 1955 году культурное учреждение, с которым связано немало теплых воспоминаний у жителей округи. И зарастать бы красивому, находящемуся на возвышении месту бурьяном, да только взметнулся там недавно в небо деревянный поклонный крест как свидетельство того, что живущие на этой земле люди собираются воздвигнуть храм...

В Русаново мы приехали во вторник последней, Страстной недели Великого поста. Во временном, домовом храме, что находится в здании, некогда принадлежащем колхозному правлению и поселковой администрации, шла уборка. Местный батюшка отец Антоний Татаринцев встретил нас в рабочей одежде, но, отложив дела, провел по территории будущего строительства, после чего на скамейке под припекающим весенним солнышком началась наша беседа...

«По-моему, таможенника из тебя не выйдет...»

– Отец Антоний, в старину говорили: «Не стоит село без храма», а был ли раньше храм в деревне Русаново?

– В самом Русанове – нет, а в Крутовраге, что километрах в трех отсюда, когда-то была церковь пророка Илии. Вообще, центром окрестных деревень Русаново стало только после войны, когда здесь образовывался колхоз имени Куйбышева и народ потянулся поближе к месту работы.

– Давно ли родилась идея строительства храма?

– Более двадцати лет назад, когда я еще учился в Великолукской сельскохозяйственной академии. Проходя мимо нашего деревенского клуба, помню, подумал: какое хорошее место для храма. Несколько ночей даже не мог заснуть – видел его перед глазами. Но, конечно, возможности осуществить задуманное у меня тогда никакой не было, и так потихонечку все это подзабылось, но не изгладилось из памяти окончательно.

– Окончив сельскохозяйственную академию, Вы сразу решили стать священником?

– Нет. Отслужил в армии и устроился на работу в таможню. Правда, работой этой тяготился. Мне даже как-то в Питере на курсах повышения квалификации один старший товарищ сказал: «А ты не думал в священники пойти?». «Нет», – отвечаю. «Но, по-моему, таможенника из тебя точно не выйдет», – ответил он тогда, хотя я и не придал этим словам особого значения. Правда, через год действительно ушел из таможни. А поскольку нужно было как-то кормить семью, отправился искать счастья в Москву. Две недели пробыл в столице как в тумане. Не понимаю, что там на меня нашло, но я даже не мог запомнить адрес своих знакомых, у которых остановился. Плутал по кварталу, хотя обычно неплохо ориентируюсь. К счастью, там церковь поблизости была. Ходил в нее, причащался. И понял, что Москва – не мой город. Вернулся назад и прямо с поезда как был с сумкой – в храм, просить, чтобы меня взяли служить. Со стороны, наверное, могло показаться, будто я не в себе, поэтому мне сказали, что перезвонят. Не дождавшись звонка, через два дня позвонил сам...

– Получается, столь поворотное решение в своей жизни Вы приняли спонтанно?

– Нет, конечно. К тому времени я уже давно был прихожанином великолукского собора, один раз в храме даже явственно услышал внутренний голос: «Будешь здесь служить», но посчитал, что это просто показалось. Однако после поездки в Москву все както само собой сложилось, и я стал алтарником в нашем соборе, а потом через два с половиной года принял священство.

Упование вместо материальных предпосылок

– Но вернемся к юношеской мечте о строительстве храма. Когда Вы вновь вспомнили о ней и решили приступить к практическому воплощению задуманного?

– На тот момент я уже одиннадцать лет служил в соборе. И с какого-то времени стал явственно ощущать, что уходит былая радость от службы. Даже пасхальной. Начал чувствовать, что это место уже не мое. А тут в Русанове как раз клуб снесли, он к тому времени был в аварийном состоянии... Вот, думаю, уже и место освободилось для храма, и попросил владыку Сергия перевести меня служить на малую родину, в Русаново.

– Но ведь строительство храма требует огромных расходов. Делали Вы какой-то экономический расчет или, может, появились меценаты?

– Никаких материальных предпосылок для начала строительства не было. Одно упование на Бога. В 2017 году, на День села я обратился к собравшимся землякам с предложением начать строительство храма на месте разрушенного клуба. И в большинстве своем люди меня поддержали.

– А приходилось ли сталкиваться с негативной реакцией?

– Всякое случалось. Даже прошел слух, что меня выгнали из собора и я пытаюсь здесь организовать секту.

– Люди поддержали, а многие ли из них предложили конкретную помощь или же стали прихожанами временного, домового храма?

– С материальной помощью оказалось сложнее, потому что большая часть поддержавших эту идею людей – пенсионеры. Не скажу и что в массовом порядке жители Русанова стали ходить на службу, но меньше тридцати человек на литургии у нас не бывает. Много людей приезжает из города, даже из Шелкова. На Вербное воскресенье так был полный храм, а это человек семьдесят. Было бы больше, да помещение тесновато, к тому же не отапливается. Поэтому не все готовы к нам ехать, особенно с детьми. К счастью, благодаря одному нашему прихожанину уже есть предварительная договоренность о газификации здания и запуске водопровода.

А рядом – православный детский лагерь

– Отец Антоний, теоретически – жители села могут сами построить храм без привлечения средств извне?

– Если только небольшой и деревянный.

– А каким будет храм в Русанове?

– Размеры у нас запланированы немаленькие: тридцать на четырнадцать метров. Чтобы не было тесно и душно. Само молельное место будет представлять собой квадрат двенадцать на двенадцать метров. Верх – сфера, как самая крепкая конструкция. Мы решили обойтись без поддерживающих свод колонн. Все будет держаться на четырех изогнутых балках. Конструкция в целом более дорогая, но и более удобная для молящихся: и просторно, и звук не станет отражаться, создавая эхо. Проект будущей церкви нам сделал питерский архитектор Игорь Регентский, причем бесплатно. Оказывается, у него тоже была давняя мечта спроектировать храм. За образец он взял Санкт-Петербургский храм на Васильевском острове – подворье Оптиной пустыни. Если в прошлые века люди могли такое строить, неужели мы сегодня, с новейшими технологиями, не осилим? В одном из помещений храма мы запланировали детскую комнату, чтобы родители могли прийти к началу службы, оставить там под присмотром ребенка, а потом забрать его уже ближе к причастию.

– А каковы дальнейшие планы на то помещение, в котором сейчас находится домовая церковь?

– Хотим организовать там детский православный лагерь. Здание вполне позволяет сделать смену на сто человек, а при необходимости можно сверху подстроить мансарду. У нас ведь рядом замечательное озеро. Мы уже купили участок на его берегу. Сделаем пирс, «нырялку», приобретем байдарки, гидроцикл, соорудим футбольное поле. От города недалеко, значит, родители смогут навестить ребят в любой момент. В дальнейшем хотелось бы завести и подсобное хозяйство, чтобы дети не только развлекались, но и приобретали трудовые навыки, приобщались к коллективной деятельности.

Чудо, за которым не нужно далеко ехать

– Отец Антоний, почему Вы решили назвать храм в честь иконы Божией Матери «Всецарица»?

– После долгих раздумий решил посмотреть, о ком чаще всего люди просят помолиться. Оказалось, что об онкобольных. Онкология – это вообще сегодня большая беда для нашего региона. А икона Божией Матери «Всецарица» как раз славится тем, что помогает в исцелении от этого недуга, притом что в округе нет ни одного храма, посвященного ей. Так и было принято это решение. Наш престольный праздник как раз приходится на последний день лета.

– Но опять вернемся к финансовой стороне вопроса. Есть понимание конечной суммы, необходимой для строительства храма?

– Около двадцати пяти миллионов. Сумма, конечно, серьезная, но мы верим, что с Божьей помощью справимся. Во всяком случае, сейчас мы ее ощущаем. Например, когда нужно было покупать богослужебные книги, у нас благодаря пожертвованиям оказалась на руках ровно та сумма, которая была указана в накладной. Было и другое, еще более впечатляющее чудо. Земля под будущий храм продавалась за 200 тысяч рублей. Не имея на руках такой суммы, мы все-таки решили обратиться к продающей стороне в надежде, что, узнав, под какие цели планируется использовать землю, по крайней мере, нам сделают скидку. Однако хозяин земли, напротив, увеличил сумму до 1 миллиона 200 тысяч. Целый год мы пытались договориться о снижении цены, но он скинул только до 700 тысяч. Понятно, что и этого у нас не было. И вдруг мне звонит женщина (своего имени она просила не разглашать) с просьбой встретиться. При встрече она сказала, что больна раком и мечтала собрать деньги на операцию в Израиле. Сейчас у нее ровно 700 тысяч, которые, хорошо подумав, она решила отдать для покупки земли под наш храм...

– Что сейчас с этой женщиной?

– Недавно она вернулась из Санкт-Петербурга, где проходила очередное обследование. Врачи констатировали излечение...

Много о чем еще рассказал отец Антоний. Просто диву даешься, какие разные люди бок о бок живут на нашей земле. Одни готовы делиться буквально последним, другие – нажиться при первой удачной возможности или даже украсть пожертвованные на строительство храма деньги. Наверное, эти «другие» всерьез полагают, что будут жить вечно...
Сергей Жарков
Источник: газета "Стерх-Луки", №17 от 1 мая 2019 года